Британцы в Карелии
Энгельгардт Е.А. Воспоминания о Петрозаводске (отрывок) (1812 г.)

Отливка пушек
По прибытии домой я нашел у себя приглашение директора фабрики Армстронга присутствовать при отливке большой железной пушки, которая должна была состояться в восемь часов вечера. Это пиротехническое зрелище составляло своеобразный противовес великой гидравлической природной сцене, которой я восхищался на Киваче, а поскольку я мог надеяться, что найду здесь достаточно огня, чтобы согреться после морозного путешествия, то, выпив несколько чашек горячего чаю, я поспешил на фабрику, где красные огнедышащие дымные столбы, высоко вздымавшиеся над трубами в темноту неба, уже издали извещали меня, что все приготовления к плавке сделаны.

Я вошел в большой сарай, объем которого в обманчивом полумраке показался безмерным. Три чудовищные домны с таким ужасающим жаром, как если бы речь шла об “остекловывании скал”, рев кузнечных мехов, шипение шлаков, которые посредством длинных кочерег непрерывно сбрасываются с поверхности кипящего железа; мгла, которая освещается лишь благодаря режущему, концентрированному блеску устья печей и выбрасываемым шлакам; бородатые, прокопченные фигуры, которые деловито проплывают мимо и в отблеске огненного металла выглядят совершенно зеленожелтыми, — все это кузница Вулкана!

Все надсаднее колоссальные мехи, приводимые в движение паром, все пуще кипит металл, все усердней удаляются шлаки из адских пастей, все заметнее становится движение, крики и беготня рабочих. Наконец, вперед выступает человек с длинной седой бородой, в кожаном переднике и шапке, это литейный мастер, который за свою жизнь отлил уже тринадцать тысяч пушек. Спокойно-испытующе он смотрит на жар — возглас: “по своим местам” (jeder an seinen Posten) — и рабочие становятся в определенном порядке, и мехи замолкают. Глубокая, торжественная тишина заступает на место шума; потоки воды изливаются на кучи шлака, которые, строптиво шипя, перестают светиться; все растворяется в густом облаке дыма, окутывающем нас и все предметы на несколько мгновений, затем оно медленно поднимается и, превратившись в снежинки (на дворе было 29° мороза), падает обратно с высокой железной крыши. Мастер-литейщик подходит к форме, сделанной прямо в земле, из ее плотно утрамбованного песка; опытной рукой он ловко пробует ее содержимое, трижды набожно крестится, рабочие вместе с ним; по данному знаку отворяются кратеры и изливаются три потока жидкого, живого огня. Перед каждой печью возникает бассейн, в котором вся масса колеблется мягкими железными волнами, а над ними, на небольшой высоте, колышутся бесчисленные огоньки восхитительного зелено-голубого цвета. Отсюда потоки лавы катятся дальше по дорожкам, намеченным для них на земле с помощью песчаных желобков, и под конец сливаются вместе в центровом литнике, через который обрушивается от десяти до двенадцати тысяч фунтов металла, направляемого в форму. Все еще царит торжественная тишина; не слышно ничего кроме глухого гула металла, обрушивающегося в разверстую пасть. Все застыло в ожидании знака мастера, взгляд которого прикован к форме; наконец, снова раздается его возглас; огненный поток один за другим замедляется; литье окончено, одним страшным орудием убийства в мире больше! ... >>>

Полный текст статьи




Энгельгардт Е.А. Воспоминания о Петрозаводске (отрывок) (1812 г.)

Арсеньев К.И.
Описание Олонецких заводов, с самого их основания, до последних времен, с кратким обозрением Олонецкой губернии (1812 г.)

Бара Д.Л.
Пушки Гаскойна

Френсис Стюарт А.
Шотландское влияние на русскую историю с конца XVI до начала XIX столетия

Бутенев Н.Ф.
Записки (отрывки) (середина XIX века)

Бутенев К.Ф.
К.К. Гаскойн (1843)

Бутенев К.Ф.
Краткое известие о жизни обер-берггауптмана 4-го класса А.В.Армстронга (1843 г.)

Письмо к издателю из Петрозаводска (1818 г.)

Обер-берг-гауптман Армстронг (1819 г.)

Идея проекта: Шлыкова С. А.Пашков А. М.